Ведя традиционный кочевой образ жизни охотников-собирателей, мужчины промышляли охотой на крупных животных; женщины и дети занимались собиранием фруктов и ягод, а при случае и охотой на мелких животных.

Как и для многих других коренных народов, живших в гармонии с природой, земля не только обеспечивала аборигенам средства к существованию, но и являлась центром их духовной жизни, источником идентичности. Считалось, что через землю мир живущих неразрывно связан с миром предков.

На бытовом уровне, земля находилась не в индивидуальной, а в общественной собственности, где под правом собственности в первую очередь подразумевалось не право проживания или использования с целью получения экономической выгоды, сколько ответственность за свое «ритуальное владение» и за все живое на нем. Границами таких владений служили естественные ориентиры - реки, озера и горы. Считалось, что земля не может быть продана, куплена или подарена.

Не имея письменности, аборигены передавали законы и традиции последующим поколениям через песни, танцы, живопись и устные рассказы.

В то же самое время, по международным законам XVIII века, при отсутствии очевидных социальных и политических систем вновь «открытые» земли признавались terra nullius («ничейными») и переходили в собственность государства, «открывшего» эти земли.

Хотя британское правительство и не отрицало присутствия на территории Австралии коренных народов, считалось, что аборигены и жители островов Торесса были слишком примитивны, чтобы владеть землей в европейском понимании этого слова. К тому же, первопоселенцы не обнаружили у туземцев привычных для европейцев органов управления, с которыми британское правительство могло бы вести переговоры о приобретении земли.

В конце концов, аборигены оказались бессильны против огнестрельного оружия и европейских болезней, хотя и продолжали в той или иной степени отстаивать свои права на протяжении последующих 200 лет.

Вершиной этой борьбы стал иск, поданный Эдди Мабо, Давидом Пасси и Джеймсом Райсом из племени Мериам с острова Марэй в проливе Торесса в Верховный Суд Австралии в 1982 году. Ответчиком по иску выступил штат Квинсленд, аннексировавший эти острова в 1879 году.

Истцы ставили своей целью установить законных владельцев островов Мер, Даур и Вейэр, мест традиционного обитания племени Мериам.

В своем решении от 3 июня 1992 года Верховный Суд установил, что в доколониальные времена коренные народы владели землей согласно традиционному праву, фактически существующему и по сей день. Миф о «ничейности» австралийских территорий был окончательно разрушен.

Верховный Суд подтвердил право аборигенов и жителей островов пролива Торесса владеть и пользоваться землей в местах их традиционного обитания. Это право получило название Native Title, по которому правительства штатов, заинтересованные в приобретении прав на разработку природных ресурсов, обязаны были выплатить традиционным владельцам компенсацию.

В ознаменование этого события 3 июня был обьявлен Днем Мабо. Наиболее широко День Мабо отмечается в местах традиционного проживания коренного населения, а на островах Торесса этот день является выходным.

К сожалению Эдди Мабо не дожил до этого момента. В январе 1992 года он умер в возрасте 56 лет.